Сегодня впервые в жизни села за руль и поездила по площадке. «Змейка» там всякая... Что сказать? Очень все просто показалось, естественно, логично. Особого впечатления вождение, если можно так назвать кренделя на площадке, не произвело, адреналином не побаловало. Ну, поехали и поехали. Посмотрим, что дальше будет.





Фото — из «Иллюстрированной России» (эмигрантский журнал в Париже), год 1933. Несколько лет назад нам подарили на Рождество подшивку, которую один ученый муж нашел в Париже на чердаке в доме своей русской бабушки.

Именно это фото в свое время открыло мне глаза на основную причину октябрьского переворота — удивительное презрение дворянства и интеллигенции к собственному народу, абсолютное неверие в то, что Маланья-таки может управлять трактором. Если бы чуть-чуть уважали Маланью, если бы дали ей возможность отлепиться от ухвата и самовара, зачем бы ей сдалось государство?

Перечитала на днях «Окаянные дни» Бунина после разговора с одним френдом. И там то же самое: «Подумать только: надо еще объяснять то тому, то другому, почему именно не пойду я служить в какой-нибудь Пролеткульт! Надо еще доказывать, что нельзя сидеть рядом с чрезвычайкой, где чуть не каждый час кому-нибудь проламывают голову, и просвещать насчет "последних достижений в инструментовке стиха" какую-нибудь хряпу с мокрыми от пота руками! Да порази ее проказа до семьдесят седьмого колена, если она даже и "антерисуется" стихами»! Понятно, почему Бунин, как и любой нормальный человек, не хотел идти в Пролеткульт. Но удручает невероятная сословная фанаберия. Хряпа, видите ли, с потными руками... Ей бы в навозе возиться, ан нет, подавай ей амфибрахий. Вот оно и хряпнуло…

Ну ладно, в общем, Маланья-то с трактором управилась, будем надеяться, что и я со временем вольюсь в ряды адекватных автолюбителей.

отказало.
Быстро, кратко, по электронной почте. Уважаю таких людей — не гнушаются отвечать авторам самотека! Дай Бог "Аграфу" хороших авторов и высоких продаж!

Тренер мой — удивительный человек. Мне везет в жизни на учителей, что есть, то есть. Буду время от времени цитировать здесь нашего харизматичного Михалыча. Жаль только, многое забылось за давностью.

Михалыч интересуется всем на свете. И не просто интересуется, а, благодаря природной одаренности, проникает в суть вещей, даже таких, которые раньше не были ему знакомы. Например, прочитав где-то про Индоевропейскую языковую семью, он спрашивает однажды:

"Так что, значит, не исключено существование одного самого древнего языка, от которого потом произошли все остальные"?

Переводчики, филологи, которые занимаются у нас в клубе и по счастливой случайности присутствуют на тренировке, а также ваша покорная слуга, принимаются рассказывать Михалычу про ностратические языки.

Он слушает, задает очень грамотные вопросы. В конце объяснения обводит потных бойцов-филологов задумчивым взглядом:

"Как все-таки хорошо, что здесь собрались образованные люди, а не какие-нибудь клошары!"

Зал у нас проходной. И кроме нас, нормальных людей, под которыми я разумею кикбоксеров, боксеров и фехтовальщиков (рапира), в клубе тусуется разная шушера вроде стрип-танцовщиц и пикаперов. И вот эти самые пикаперы по пятницам порхают гламурными метросексуальными стайками через наш зал к месту своих семинаров-тренингов. Михалыч, сидя на лавке, провожает глазами невероятно красивых модных вьюношей, пахнущих Ньюго Боссом, потом исподлобья оглядывает спаррингующих монстров с капами во рту, и говорит:

"Все-таки умные люди всегда правильно выбирают жизненный путь. Это я про вас, про вас. Не отвлекаться! Почему руки опустил?! С нокаутом давно не здоровался?"

Итак,
в дальней волости
малой скоростью

проклюнулся в печать мой роман о городе Балашиха под названием «Счастлив и тот…» (Fortunatus et ille — строка из Вергилия).



Тираж 1 200, господа. Журнал распространяется через библиотечную сеть Балашихи и мною лично (имею аж 5 авторских)!

С сегодняшнего дня открываю реалити-шоу «Издай роман в нормальном издательстве нормальным тиражом с договором за гонорар». В числе первых осчастливлены издательства: ЭКСМО, АСТ, Центрполиграф. Всего счастливчиков набирается 12-15. Сбор отказов будет освещаться в моем ЖЖ.

Сегодня валяюсь дома по причине легкого недомогания и, видимо, переутомления, ибо отмечать ДР с пятницы на понедельник — дело сколь приятное, столь и трудоемкое. Так вот, в кои-то веки посмотрела дневной телевизор. Среди мутного потока ненавидимых мной бездарных сериалов проскочила вдруг дивная передача «В мире кошек». На ДТВ было дело, кажется.

Там негламурный дяденька в очках беседует с негламурными хозяевами кошек. Рассказывается про то, при каких обстоятельствах тот или иной котик родился или появился в доме, что любит кушать, где предпочитает спать. Котики принимают очаровательные позы, вытягивают лапки, смотрят в камеру непонятными желтыми глазами. Естественно, котики выбираются не абы какие, а с наличием особенностей поведения, как то любовь к вафельным тортам или купанию в раковине.

И все это великолепие достается домохозяйкам, болезным вроде меня, и я уж не знаю, кто днем смотрит телевизор. А нам обычным работающим людям скармливают какой-нибудь «Мир криминала», «Борьбу за собственность», где родственники и соседи остервенело бьют друг другу морды, ну, в общем, чего рассказывать, телепрограмма у всех под рукой.
Нет, конечно, первое, что приходит на ум: «Не читайте советских газет», но я так устроена, что мне нужно смотреть ТВ, видеть разных людей, следить за обсуждаемыми темами.

Я вот что хочу узнать: ТВ-начальство всерьез берется утверждать, что если «Мир кошек» поставить в прайм тайм вместо, скажем, малаховского базара, у канала упадет рейтинг?

Я довольно хорошо знакома с немецким и французским TV. Сказать, что это плохо (особенно французское) — это ничего не сказать. Но вот, например, немцы в прайм тайм по центральному каналу спокойно смотрят 2-х часовой фильм о картошке. Нет, без дураков, натуральные вести с полей, виды на урожай, особенности хранения и переработки. И ничего — реклама крутится, деньги капают, рейтинг стабилен.


Не надо нам о картошке, давайте нам о кошке!

Это мой профессиональный праздник. Профессиональный, потому что кандидатская диссертация называлась "Культ архангела Михаила в Византийской империи".

Сегодня день моего небесного покровителя архангела Михаила, который почитался в Византии в первую очередь, как целитель (сейчас об этом почти не помнят) и военачальник (что мне особенно важно, как любителю боевых искусств и немножко практикующему кикбоксеру).

И стихотворение. Прошу прощения у френдов-поэтов, которые этот стих давно знают. Нового нету ничего.

21 ноября

В этот день всегда выпадает снег,
Там, где только может достичь земли,
И, хитоны инеем убелив,
Покидают ангелы свой ночлег.

Восстают Господства среди светил,
Расправляют Власти рывком плащи.
Торжество рассвета подняв на щит,
Горизонт колеблют отряды Сил.

И лежат снега – ни хрусталь, ни прах,
И метель не ищет себе друзей,
Но отметку белой кровью своей
Без разбора ставит на всех дверях.

А игра, по-моему, стоит свеч,
Уж хотя бы тех, что сейчас зажгу.
Всполошится тень, промелькнет в мозгу:
"Где же мир мой, Господи, где же меч?"

Золотой узор византийских лат
Процарапан кистью острей иглы,
Михаил Архангел из теплой мглы
На меня с трудом опускает взгляд.

Знакомые предрекали нравственные и эстетические мучения по ходу фильма и необходимость седативных средств после фильма.  Что касается средств, то после всех семи "Кошмаров на улице Вязов", просмотренных в 13-летнем возрасте, меня отрубленной головой и медведем, поедающим кишки, не возьмешь. А насчет  эстетики и эмоций — разговор отдельный.

Все мне понравилось: и актеры (помимо исполнителей главных ролей, очень хороши Кузнецов (Скуратов), просто душой отдыхала на его сценах, пусть это звучит неуместно, и Домогаров (Басманов)), и цветущий сад, и синеокая девочка- Русь, похожая на маленькую Машу Шалаеву, которую то мучают, то спасают, то возносят в чертоги Богородицы, то убивают. Особенно понравился эпизод с монахами, погибшими за своего Митрополита (исторически недостоверный факт).

А вот фильм не понравился совсем. Ну нельзя размазывать одну единственную драматургическую коллизию (Филипп хороший — царь плохой) на всю картину. Образ царя в начале показался глубоким, ибо перед ним вечная дилемма. Как поступать? Не жалеть людей, но сохранять и умножать царство, или  миловать и прощать тех, среди которых могут ведь оказаться и настоящие предатели? Как вершить суд над теми, кто сам признается в измене? Пусть под пытками, под угрозами, но ведь признается, не стоит на своем до последнего! Но глубины образа хватило лишь на аквариум, не на океан. Образ соверешенно не развивается, не оттеняется никакими сюжетными линиями, а так и живет себе в колее главной из них — якобы противостоянии царя и Митрополита. Все противостояние сводится к повторяющимся репликам. Митрополит: "покайся, ты творишь зло", царь: "как человек, я грешен, а как царь праведен". И так всю дорогу. Нельзя вытянуть фильм на одной только этой лошадке непримиримости двух правд. В итоге получается плоско и хило.

Ни слезы, ни слова за душой,
Ни улыбочки на черный день.
Этот город вовсе не большой,
Как перчатку, ты его надень.

Нежным всхлипом ты его вдохни,
Невеселым странником побудь,
Сеющим бульварные огни
В Сены обмирающую ртуть.

Помни, этот город не про нас.
Хоть любезен, да неумолим.
То, что он подарит и продаст,
Все равно останется за ним.

Бытие по-своему решай,
Только задержи в нем до поры
Ресторанчик Саши Финкельштайн,
Стариков, играющих в шары.

Пламя молодого божоле
Выпей с тем, кем ты не дорожишь,
И попросит шепотом: «Налей…»,
Кубок ночи протянув, Париж.



Под катом Париж разных времен года. Но такой, не туристический, а мой личный.

( Read more... )

"Снова за окнами белый день,
День вызывает меня на бой" —

пел когда-то любимый Цой.

Сегодняшний московский день, серый, как портянка после маршброска, унылый, как заплаканное лицо, тяжелый, как бетонная плита, меня на бой не вызвал. Он просто проехался по мне, как танк по пехотинцу.

Зато метеозависимость вызвала невеселые мысли о том, что пока хоть и не старость, но уже не радость. Мысли эти были развеяны кем бы вы думали? Служащей Сбербанка, которая в процессе борьбы с моей финансовой бестолковостью перешла со мною на "ты". Я это уже года три, как хамством не считаю. Считаю комплементом.

Так что, после работы пойду нового Пелевина покупать, пока настроение опять не упало.

Реклама в метро: "Посетите православную выставку- ярмарку "Символ веры"". Как ни поверни это предложение ( в синтаксическом смысле), как ни толкуй, получается, мягко говоря, нелепость. Неужели те, кто придумал название выставки, не слышат его бестактности?

Анекдот:

молодому корреспонденту дают задание взять интервью у представителя какой-нибудь авиационной профессии. Приезжает съемочная группа в аэропорт, сходу прорывается в штурманскую. Но грозный капитан категорически отказывается. "Экипаж занят предполетной подготовкой"! Корреспондент пытается закадрить диспетчера. Начальник смены непреклонен:  "Извините, но сейчас в районе аэропорта очень плотное движение, у меня нет свободного сотрудника". Бедный корреспондент ловит за рукав бортпроводницу. "Не могу, не могу, спешу, скоро вылет"! Грустные корреспондент и оператор бредут по аэропорту, под ноги им подворачивается уборщик со шваброй. Этот дает обстоятельное интервью, сутью которого являются жалобы на жизнь, мол, платят мало, никто не уважает и т. д. Корреспондент интересуется: "Ну, если все так плохо, может, поискать другую работу"? Уборщик отставляет швабру в сторону. "Что?!!! Уйти из авиации?!!! Предать небо"?!!

Тут просто в ЖЖ у моих дорогих френдов-летчиков идет тема аэрофобии, и я позволяю себе оставлять там комментарии, такие, что некоторые случайные люди могут подумать, будто я типа умная и чуть ли не имею отношение к авиации.

Так вот, я просто влюбленный в небо уборщик :)

Разговор кикбоксеров после первого 3-х минутного  раунда спарринга.

1 Кбс — Слушай, что-то я тебе по печени никак не могу попасть.

2 Кбс — Нет, ты попадаешь, но не сильно.  А все потому, что бьешь почему-то с колена, а не от пояса.

1Кбс — Да мне неудобно с этой стороны от пояса бить.

2 Кбс — Тогда знаешь что, бей мне вот сюда, в ребра. Как раз в область сердца получится. Тоже результативный удар.

1Кбс — Точно! Во втором раунде попробую.

2 Кбс — И еще, когда ты выполняешь фронт-кик, ты все-таки больше работай бедром, чтобы меня назад отбрасывало. И потом сразу выходи на связку "лоу-кик+хай-кик" в голову.

Удивительно душевный у нас в клубе народ. Более опытный боец всегда подскажет новичку, как тому лучше отоварить ветерана в область сердца. Потрясающие, интеллигентные и благородные люди!

Вернулись с мужем из Парижа, с коллоквиума по седьмому веку в Византии. Там (в Париже, а не в Византии) стояла совершенно роскошная погода, +18, солнце. Но рассказ мой не о погоде, а о нашем квартирном хозяине. Принимающая сторона обычно снимает нам квартиру, поэтому мы повидали многих всякоразных квартирных хозяев, но чтоб такого!

Индус  (выяснилось, что на половину, мать — американка), типичный такой, глазастый, пузатый, невысокий, пожилой. Любезность граничит с хлопотливостью. Полотенчики там, ключики, тапочки. "О, а вы, должно быть, большой человек у себя на родине, мистер Афиногенов?" (мужу). Словом, трогательный такой милый дедуля.

Началось все с того, что каждый день стало обновляться содержимое корзины с фруктами, про которые я подумала, что они остались от прошлого жильца. Каждый день новые бананы (которые мы не едим), яблоки (которые не едим тоже), мандарины, апельсины (едим, но не в таких количествах). Да, еще помидоры, которые хоть и не фрукты, но тоже обновлялись.  Потом в холодильнике стали появляться экзотические соки типа сока гуаявы или манго. Когда мы с мужем застали нашего домового у него в офисе (офис на первом этаже, квартира — на втором) и выразили благодарность, в отместку были немедленно приглашены на ужин в индийский ресторан и накормлены там до отвала. Полагаете, гостеприимство на этом иссякло? Не на таковского напали! Со следующего дня для нас стал выпекаться какой-то индийский сырный хлеб и утром доставляться тепленьким к завтраку. А однажды при встрече нам вручили большой пакет с подозрительными свертками в подарочной упаковке. Из путанных объяснений нашего доброго духа мы поняли, что там индийские бобы, а что с ними делать, мы сами разберемся. Индийские бобы оказались тремя превосходными мужскими сорочками в смысле рубашками правильного размера и четырьмя шелковыми индийскими платками разных расцветок.

Ну, потом что еще было? Был хумус собственного хозяйского изготовления, куча печенюшек, симпатичные авторучки, записные книжки, в дорогу на прощание — куча всякой снеди. Может, и забыла чего.

Мы же отделались банальной красной икрой и рашен шкатулкой под Палех.

А теперь самое интересное. Дедуля-хлопотун оказался в прошлом КВС боинга! Отлетал он по всему миру 20 лет. Вот тут уж мы с ним поговорили. Правда, время от времени он вскрикивал: "нет, ты не редактор, ты работаешь в КГБ! Иначе откуда ты тогда знаешь про спойлеры и про глиссаду"? :))) Стереотипы неистребимы.

«Не ищите в нашем доме телевизор! Его не украли, его не отдали в ремонт. Его у нас просто нет», — сказал нам с мужем профессор Петер Шрайнер, когда мы были приглашены погостить у него в Кёльне.

Интересно, что делает по вечерам почтенное интеллигентско-буржуазное семейство в отсутствие детей? Ну, поужинали. А дальше? Ну, посидели в Интернете по очереди. А дальше? Читают? Музицируют? Работают? (!!!) Может, пьют вино, может, так сидят? (с). Мы вот грешным делом смотрим зомбоящик. Обычно, конечно, что-нибудь на DVD, ибо то, что сейчас стоит в сетке вещания, кроме новостей, совершенно неудобоваримо. Все эти ужасающего качества «Часы Волкова», «Законы и порядки», весь этот катастрофический молодой Штирлиц!

 Но понедельник — это особый день. Такого больше нет. Все начинается с «Тем временем» (Архангельский), продолжается «Познером» (Познер), и заканчивается «Школой злословия» (Толстая, Смирнова).  Это для телезрителей сухой культурный паек на неделю.

Вчера темы и впечатления были такими.

 В «Тем временем» в рамках темы "культура застоя" выясняли отношения почвенники и западники. И было это не очень интересно, поскольку, сами посудите, что нового могут сказать друг другу почвенники и западники? Это выглядело скорее как перекличка на профсоюзном собрании: «Бурляев здесь? Здесь! Почвенник? Всегда! Иванова здесь? Присутствует! Западник? Абсолютно!»

 Познер беседовал с Жоресом Алфёровым. Алфёров великолепный, чрезвычайно симпатичный мне тип ученого, мужчины, атеиста. Советский Союз только хочет обратно воплотить. Познер аж с места вскочил, так ему хотелось убедить Жореса Ивановича в неправоте. Да где уж... А вообще, я очень люблю таких атеистов. Они спокойны, добродетельны, мужественны и порядочны. И уверены, что после смерти их ждет небытие. И на вопрос: «чтобы вы сказали Богу, буде все-таки окажетесь перед Ним?» не отвечают: «да нету никакого Бога, и вопрос ваш не имеет смысла», а говорят, глядя в вечность мудрыми глазами, печаль которых прожигает экран: «я бы попросил Бога сохранить нашу планету и человечество».

 В «Школу злословия» позвали Майю Кучерскую. Это одна из самых заметных, интересных и привлекательных фигур современной литературной жизни. Как литератор, Кучерская, собственно, известна всего двумя произведениями: «Современным патериком» и романом «Бог дождя». Насколько я обожаю «Патерик», считаю его стилистическим и содержательным шедевром, настолько слабым в литературном отношении полагаю «Бога дождя» (могу, разумеется, обосновать свое мнение, если угодно). Сейчас вышел сборник рецензий Кучерской. Называется «Наплевать на дьявола». Почитаем, почитаем, наплюем. Кучерскую в принципе всегда занятно читать, хотя наши вкусы относительно современной прозы очень редко совпадают.

Ну, а разговор в ШЗ пошел о чем? Правильно, о Церкви. О том, как интеллигент ухитряется в ней оставаться. О том, как он терпит малообразованных батюшек и т. д. и т. п. Болезненный вопрос для тетушек-ведущих. Однако, честно говоря, они порядком надоели с ним. И Кураева мучили, совершенно не воспринимая его доводов (поп свое, а черт свое), и с Миркиной и Померанцем беседовали (http://lepus-audax.livejournal.com/5396.html), может, и еще с кем-то. Кучерская, однако, разочаровала. Вместо того, чтобы объяснить все четко и ясно (ведь раз уж ты в Церкви, для тебя эти вещи четки и ясны), Майя Александровна принялась отмазываться сокровенностью всего, что связано с верой, и так далее. Тут Дуня совершенно справедливо заметила, что «Слово пастыря» в субботу в восемь утра, дело, конечно, хорошее. Но хочется ведь послушать и вменяемого мирянина. Но Кучерская настояла на переносе темы в область литературы, чего я и ждала всю передачу. Тему перенесли. Поговорили. Жаль, недолго.

Псиной слюнявой сырая тьма
Стала бродить окрест,
В мелком пруду водяная чума
Ржавые сливы ест.
Ниже, в тисках ее одеял —
Обморочный покой,
Кто-то уснул, ну а кто-то взял
И умер, махнув рукой.
Вздохи неведомых малых сих
Паром крадутся вверх.
Полон тревожных воздушных сил,
В поле последний стерх
Встал на крыло много дней назад,
Добрую сотню лет,
Тень его вдруг наползла на сад
Сонмом дурных примет.
И по короткой сухой стерне
Через пустой покос
Гонит туман изнутри во вне
Белое стадо коз.
Словно снежинки, одна в одну,
Лишь копыта в грязи,
Белые козы скользят по дну
Выстуженных низин.
Мыши, нелепая лисья сыть,
В доме живут опять,
Если нам не о чем говорить,
То не о чем горевать.
Это не слабость, не грусть, не страх,
Все, что могло, сбылось,
Просто наткнулась осень впотьмах
На неземную ось.



Как сказали на работе: "Картина Рожкина "Шиш"" :)

( Read more... )

скоро выйдет новый роман Пелевина!

Как сообщает Газета.ру,

"... роман "t" выйдет в издательстве "Эксмо" общим тиражом 150 тысяч экземпляров. И, традиционно, никаких подробностей о новом произведении самого загадочного современного российского писателя не сообщается. На некоторых интернет-порталах в аннотациях сообщается: «Мастер боевых искусств граф Т. пробирается в Оптину Пустынь. На пути ему встречается каббалистический демон Ариэль, который утверждает, что создал мир и самого графа Т. И это очень похоже на правду...». Точная дата выхода произведения не называется".

В художественном альманахе города Балашиха "Голоса сердец" выходит мой роман о городе Балашиха.

Успеют, поставят первую часть первой части в осенний номер, не успеют — в зимний.  В романе некоторым образом отражена жизнь балашихинской администрации (разумеется, все совпадения носят случайный характер и т. д. и т. п.), поэтому читали мое творение на очень высоком уровне, в Управлении по культуре. Просветили насчет субординации. Вообще, что называется, приняли деятельное участие.

Может, и не надо заранее об этом писать, а с другой стороны, в этот раз я не боюсь сглазить. Пусть будет, как будет. Дай Бог здоровья "Голосам сердец", но я чего-то сдуру мечтала о гранте на издание книжки. Чего-то грустно.

Как пойдет, да так и поведется,
Вихрь постылый не остановим.
Жажда удивительного солнца,
Видимо, записана в крови,
Солнца непосильного и злого,
Истиной клеймящего глаза.
Под приливом марева густого
Блики долго исчезают за
Краешком алеющего века.
Не загладить их, и не сморгнуть.
В ореоле пристального света
Два зрачка на ощупь держат путь.
Но слабеет огненная сетка,
Холод зренья зреет в глубине,
Бьющий безболезненно и метко
В лица, обращенные ко мне.
Потихоньку будем, как придется.
Все лучи нечаянно разлив,
Помяни нас, горестное солнце,
По другую сторону Земли.

или идиотизм деревенской жизни.
 

 Мне, человеку, во-первых, городскому, во-вторых, не одаренному бытовой смекалкой, деревенские жители представлялись всегда кем-то вроде гномов, в общем, таинственными существами, обладающими недостижимым  знанием. Еще бы! Они же знают, каким концом втыкать в землю саженцы, как солить огурцы, какую доску надо подпереть другой доской, что нужно прикручивать на шурупах, а что — прибить гвоздем. На даче, которая находится в деревне, частично заселенной местными жителями (остальные — дачники), я всегда в рот смотрела соседкам, когда речь заходила об обиходе жизни.

 Но была загадка в их речах и помимо рецептов черничной пятиминутки. Так, одна соседка регулярно заводила со мной и мужем беседы об изничтожении молодого вяза на нашем участке путем его, вяза, распилки. На вопрос о причине немилости к славному, набирающему силу деревцу, соседка удивленно отвечала: «Так от него же мусор один. Мало того, что мусор ко мне летит, так вы же и сами осенью с ума сойдете». В смысле, увидим, что с вяза опадает листва, и натурально спятим от раздумий, что нам теперь с этой листвой делать.

 Вторая соседка, узнав, что мы топили баню, получили удовольствие и покинули ее еще не остывшей, рекомендовала мне не стоять посреди улицы руки в боки, а срочно бежать и поливать стены бани холодной водой из шланга.

 Вяз спилили. Шлангом воспользоваться муж не разрешил.

 Вот, а вы говорите Маркс. А Маркс не даром утверждал, что Фейербаха погубил идиотизм деревенской жизни.

Лебедою пахнет, не бедою!
Соки поднимаются в стеблях.
И дружины жужелиц бедовых
Бляхами горят на ковылях.

Ковыляет паучок-калека,
С паутины сбитый невзначай,
Разминает ломкие колена,
Боязливо лапки волоча.

Величают яблони друг друга,
Словно две беременных жены,
И благая весть не сходит с круга
Незакатной звездной вышины.

Вышит вечер бисером смородин,
Тлеет пестик, вылизанный тлей.
Ливень, мускулист и полноводен,
Вскачь совокупляется с землей.

Зависть навсегда благословенна
Ко всему, что сдерживая взмах,
Завязь глянцевитую блаженно
Пестует в зеленых пеленах.

Пел орешник, бабочки дурили,
И, подземной грустью умудрен,
Муравей рассказывал о мире
В самом настоящем из времен.



Урожай наш, урожай, урожай высокий! (с)

Под катом еще картинки!

( Read more... )